сидели папиросы курили два матроса
из песни

Читая этот текст, можно слушать: 40 feet (©Franz Ferdinand, FF, 2004)

    Человеку свойственно думать. О себе. Осознавать свое могущество. Сын Бога. Царь зверей. Венец эволюции. Редкая религия могла позволить себе лишить человека этого сладкого дурмана, этого расслабляющего утешения. Наука как серый кардинал, как «черная вдова» плела свои интриги, копила силы, прозябая в кельях и алхимических лабораториях, истекая желчью, ослепленная блеском и могуществом своей сестры, покуда не сбросила ее с трона. Сбросила только для того, чтобы отобрать у религии ее подданных, пообещав им новое могущество.
     Единицы, проклинаемые, распинаемые, а потом обожествляемые. В назидание потомкам – чтобы помнили, на что обрекаешь себя, отлучаясь от стада детин божьих. Ты задумывался, почему в каждом католическом доме должно висеть распятие? Не удивление отодвинувших камень и узревших воскрешение*, а именно распятие? Единицы способны увидеть что-то кроме могущества. Заглянуть внутрь себя и ужаснуться. Ненадолго. До следующего распятия.
     Да я пьян, да я забыл, да я солгал, да я продал, да не того, да не тому, а еще и недорого – получается, что вообще не стоило. Но я человек, а не обезьяна. Мы считаем, что сам статус человека оправдывает все. Свиньи грязны – хотя мало кто их видел вне свиноферм; попугаи болтливы, росомахи коварны и прожорливы, опять же волков надо убивать... Как приятно осознавать, что есть кто-то хуже. Теорию Эйнштейна не преподают в школе. В 11-м классе говорят, что она есть, но не преподают. Не дай Бог, дети задумаются об относительности той планки, с которой они привыкли соотносить свою жизнь. Конечно, какая-то часть из нас (причем вовсе не большинство, как того требует демократия, ведь инстинкт самосохранения заставляет плодиться жителей стран третьего мира) живет чище, чем свиньи на звероферме. Но свинью можно помыть или просто отпустить, а локального Иуду не отмоешь в бане и не выгонишь в поле.
     Пожалуй, многие несуразности нашей истории встают на свои места стоит только вглядеться в эти крохотные поросячьи глазки и увидеть то, что стараешься не видеть, а, увидев, тут же забываешь.
     Забавная штука логика. Иерархия, закон сохранения, цепи питания. Кто-то выращивает нас на челоферме. Палец для микроба – та же Вселенная, но мы себе никогда не признаемся, что живем на таком же пальце только круглом и слегка приплюснутом с полюсов.
     Современная фантастика подарила нам гениальные метафоры, описывающие человечество: «Вирус», «Матрица». Они идеалисты эти ребята и оптимисты одновременно, что бы под этим не понималось. Вирус – нечто неизвестное нам, добивающееся чего-то, неизвестного нам, причем с большей эффективностью, чем мы, пытаясь его уничтожить. Матрица – история о том, как технический гений человека породил взбесившуюся машину (оказывается, от этого предостерегала религия: не возомни себя равным Богу). Образумившееся дитя человечества сделало из человечества живую батарейку, но горстка смельчаков борется с переменным успехом... за счастливое будущее.
     Подобны Богу. Вращаем землю. Одиноки во Вселенной. Курим сигареты. Почему курят не все? Мы хорошо умеем критиковать. Во всяком случае, я. А ты? Спорим, что я лучше :) Терапевты спрашивают, что дает вам курение, в телепередаче воздевают руки к небу – зачем вы пьете разведенный этанол, зачем вдыхаете дым, содержащий столько-то смол, столько-то угарного газа и столько-то никотина?
     А кто задумывался, почему НЕ курите? НЕ пьете? НЕ ширяетесь? Или зачем помогли умереть Гамлету?
     Чтобы не работал новыми воротами – «Быть или не быть». Потому «оставь надежду всяк...»
     Не «жить» и/или «любить», – а «дымить» или нет, «бухать» или завязывать. Вот вопрос к мировому сообществу. Круг замкнулся. Хлеба и зрелищ – третьего не дано.

     Мы никогда без крайней необходимости не убиваем всю скотину, потому что мы понимаем, что для воспроизводства нужно какое-то минимальное количество половозрелых особей. Куча людей получает деньги за то, чтобы убивать животных здоровыми. Мы предпочитаем ножки Буша потому, что уверены: им нечем гордиться, они умерли не своей смертью в отличие от наших – вечно пьяных (дрожжи ускоряют рост), лысых (чтоб не общипывать) и синеватых (искусственное освещение круглые сутки)**. Все для... Не угадал? для Конвейера. «Конвейер» звучит гордо. Мы возмущаемся: «Почему система стала важнее человека?!» Может так оно и есть, и с этим нужно смириться, перестать строить иллюзии? Система важнее, чем человек.

     И воля (последнее утешение просвещенных приматов, возвышающее боль) оказывается ни при чем. Что может быть лучшей рекламой, чем курильщик, бросивший курить. Все его томления, страдания, мысли о куреве. Умри он после первой затяжки – его сын испугался бы. Вот откуда появился главный принцип экономики: продавать мало хорошего и дорого или очень много дерьмового и очень дешево – второй вариант выигрывает чаще. Но никто не умирает сразу и сын курит вместе с отцом. Да, сначала приходится прятаться, но тем интереснее – играем в партизана на допросе (не скажу, даже если гулять не отпустишь – что поделать, III мировая никак не начнется, а героем хочется быть уже сейчас («Алиса, миелофон у меня! Они пытали меня, но я им ничего не сказал!»). И, вот она, первая победа – можно не прятаться, можно брать сигареты на холодильнике, главное, не забывать открывать форточку – так и появлялись на земле ритуалы поклонения, жертвоприношения, освящения...

     И ведь хорошо еще, если Они питаются нашими душами или сознанием (по крайней мере, остается иллюзия нашей исключительности), а если нет, если даже Их наши души не интересуют (нам ведь на них наплевать). Тэрри Пратчетт писал: «На что надеяться жатве, как не на любовь жнеца». И мы надеемся, верим, даже платим (шутка ли церковь забирала десятину от всего) за право думать, что Там нас что-то ждет. Для чего? Кому повезет – рай, кому не повезет – ад, но что-то точно ждет. Только тот, кто все потерял, знает что такое НИЧЕГО. Для большинства из нас это просто невообразимо, но страшно. И мы разговариваем с героями сериалов, ругаемся с соседями, воюем с кем угодно, убиваем тех, до кого можем дотянуться – ненависть теплее, чем справедливость черной дыры.

     Сидели папиросы курили два матроса. Ты прочитал эпиграф? Спорим, ты подумал, что это опечатка? А, может быть, ты вообще не думаешь? Люди не видят то, чего не хотят видеть. Люди видят то, что им сказали видеть. Если человеку быстро показать карты с красными пиками, он не заметит, а если медленно, то он впадет в транс (состояние замешательства).
     В русском языке положение слов в предложении, грамматика задает больше смысла, чем принято обычно думать***.
     Прочти эпиграф еще раз. Не понял? Тогда прочитай эпиграф еще раз. Не помогло? Перечитай предыдущие рассуждения об антропоцентризме мышления (в социальной психологии замечено влияние группы на индивида входящего в ее состав – снижается критичность, нравственные требования, ослабляются запреты – далеко не все участники групповых изнасилований решились бы проделать это в одиночку).

     .
     . .

     Что это?

     А это:
     .
     . .
     . . .
     . . . . .

     В чем разница между первым и вторым рядом? Во втором информации достаточно****.
     Что тебе еще нужно, чтобы увидеть то, что ты не хочешь увидеть.
     Что не разрешает тебе увидеть? В чем ты не признаешься себе?
     Стоп. А как ты прочитал предпоследнее слово – «признаешься» или «признаёшься»? Почувствовал разницу?

     Неужели ты, правда, перечитал? Я восхищен... Зная, что тебе придется прочесть, если ты еще не понял, предупреждаю в последний раз. ПОДУМАЙ, ты прекрасно жил и без этого знания. ТЫ влюблялся, может быть, не всегда взаимно, но в этом что-то было. На твоем месте я бы не стал от этого отказываться, если бы у меня был выбор. Как ты думаешь, у тебя ЕСТЬ выбор?

     Предатель в Матрице не был плохим, он просто устал. У него не было выбора, его не спрашивали.
     А толтеки называют это Криком Орла. Он звучит только один раз и его можно не услышать, если не хочешь. Но в любом случае, ты знаешь, чувствуешь, а самое главное, помнишь, что будет Там...

     «Это я сделал», - говорит моя память.
     «Я не мог этого сделать», - говорит моя гордость
     и остается непреклонной.
     Вскоре память уступает.
     Ф.Ницше, По ту сторону добра и зла

* Интересно, кто действительно отодвигал камень и что он перед этим употреблял?
** «Затворник и шестипалый» – единственное, что действительно стоит прочесть у Пелевина.
*** Пример В.Щербы: «Глокая куздра штеко будланула бокра и курдячит бокренка». Иностранцы как всегда плетутся в хвосте со своим Ноамом Хомским и его «зелеными идеями»
**** Прости пресветлый гуманитарий, что омрачил текст презренной математикой. Это числа Фибоначчи.

9 октября 2006, Омск