Молодым людям в современном (и не только*) обществе свойственно в поиске себя присоединяться к авторитетной группе подобных, принимать культуру, взгляды и обычаи этого сообщества. Это естественное явление для социального животного, коим и является человек, удовлетворяющее одной из его базовых потребностей – быть принятым. Принятым группой, а, если мыслить глобально, – то и жизнью. Жизнью, какова она в понимании молодого человека.
      Занимательным является то, в каком именно направлении молодежь предпочитает двигаться, кому именно молодые люди обычно подражают, и почему; если раньше такой референтной группой** была элита, то сегодня ее формируют люди, составляющие меньшинства и близкие маргиналам. Почему так – отдельная тема для ментальных вариаций.
      Юность – наиболее яркий период жизни человека. «Танцуй, пока молодой», – пелось в незамысловатой песенке моего детства. Воистину, молодость – своеобразный танец души; па живого покамест характера и нравов; каждую минуту – новые желания и планы, кружение часто меняющихся пристрастий и взглядов, приводящее или не приводящее к катастрофе, но всегда, при неудаче, как катастрофа переживающееся.
      Юность – бесконечные пробы, претензия все успеть и попробовать, иррациональная вера, что впереди – еще достаточно времени. Это погоня за потерянным временем, о конечности которого пока можно забыть и вольно кружиться в зажигательном танце молодости.
      Для молодого человека типично протестовать. Словами и действиями выражает он своё дерзкое «нах» стандартам общества скучных и серьезных старших современников. Ему важно то, что он не такой как все. Оригинальность, «непохожесть», эпатаж ценятся. И чем подчиняться правилам, которые навязаны «сверху», лучше установить свои нормы и ценности. В крайнем случае – присоединиться к группе таких же молодых людей, принять правила их игры и жить своей жизнью в этом микромире.
      Получается, что быть в меньшинстве представителю молодого поколения как бы и не привыкать. Это лучше и интереснее, и пускай это меньшинство, как правило, не шибко в авторитете как у социального «мэйнстрима» так и у других субкультур – мир твердо устоявшегося, закостенелого (мир взрослых и серьезных) видится ему скучным. Ко всему тому, попав внутрь такого мира, из него уже не просто вырваться обратно. И подросток это знает. Комьюнити, в котором предпочитает существовать подросток, является более-менее отгороженным от остального пространства. В то же время оно, комьюнити, более зыбко, менее определенно чем «большой мир». Из него при желании можно с легкостью перейти в любое другое сообщество – приняв какие-то другие нормы. В нем меньше диктата. Оно постмодернично***.
      И все-таки диктат в нем, как в любом сообществе, присутствует. Ведь, несомненно, что входя в группу, человек принимает правила, бытовавшие здесь до него. Любая группа – пресловутый «чужой монастырь». И молодежная – всего лишь чуть менее «чужой».
      Молодежи важно выбрать достаточно обособленный и обязательно внешне декорированный стиль жизни, который включает в себя стиль поведения, одежду, типичные реакции на разные явления жизни и иные субкультуры, типичные предпочтения и даже, пожалуй, типичное мышление. Юному представителю субкультуры важно иметь возможность сказать о себе: «Я – раста» («панк», «гот», «эмо», «байкер»…) Ему важно считать себя НЕ ТАКИМ, и при этом обязательно – представителем других НЕ ТАКИХ. Быть в меньшинстве для него – быть элитой. Ему плевать как к его группе относятся представители других «элит» или (тем более плевать) – «массы». Считаться «обыкновенным» для янгстера немыслимо. Тяга к меньшинству у молодых в крови. Почему – вопрос открытый.
      Очевидно, имеет место быть обостренная, ярко выраженная индивидуальность молодого человека как доминирующая черта его психологии, проявляющая себя в нежелании соответствовать запросам «взрослого» сообщества, о чем упоминалось выше. Возможно, помимо вышеперечисленного, значение также имеет и фактор времени. Так или иначе, каждый из нас взрослеет и начинает в той или иной степени включаться в «мэйнстрим», симметрично отдаляясь от «андеграунда».
      Янгстер знает об этом, но для него, как уже говорено, время устроено иначе; не так, как для человека постарше. Происходит означенное «слияние с большинством» незаметно. То есть наступит оно не сразу. Для янгстера это равнозначно «никогда». Специфика юного металитета.
      Каковы выводы? Любое живое существо, тем паче разумное, стремится туда, где ему комфортней. Человек, в особенности молодой, выбирает ту среду, где он признан, где можно более свободно проявлять свои способности, общаться, заниматься интересным делом. И тот факт, что выбор его естественным образом сочетает в себе других столь же молодых людей, разнообразные меньшинства и маргиналов, неотделимо связан с глубинными истоками явления под названием «субкультура» •

22 июля 2006 Омск

* Взять хотя бы историю с древнеафинскими пацанами, в свое время непатриотично отращивавшими лохмы до плеч, подражая пацанам спартанским. Или, скажем, сетующего в известном папирусе на распущенность и непочтительность молодежи древнеегипетского дядьку.

** Термин социальной психологии, в научный оборот введен умным чуваком по фамилии Хаймен. Им было экспериментально показано, что часть членов малых групп (у него то были студенты) разделяет нормы поведения, принятые отнюдь не в этой группе, а в какой-нибудь другой, на которую они ориентируются. Такие группы, в которые индивиды не включены реально, но нормы которых ими принимаются, Г. Хаймен и назвал референтными.

*** Андрей Панов (aka Свинья; ныне уже мертвый фронтмен панк-гр. «АУ»): «Главный аспект панк-рока, который меня когда-то к нему привлек – отсутствие конкретной формы, принципиальная анархия формы…»