Неоязычество является ярким и интересным феноменом, характеризующим ментальность современного человека. Возникновение множества субкультур, культивирующих «языческие» эстетику и систему ценностей, в современном мире является одним из симптомов мировоззренческого кризиса западной цивилизации. Исследование проблем неоязычества связано с анализом особенностей структуры духовной жизни общества, с поиском фундаментальных устойчивых структур сознания [10]. Этот сложный, многоплановый процесс требует разностороннего теоретического и практического изучения.
     В данном исследовании предпринимаются попытки охарактеризовать процесс формирования неоязыческих течений и субкультур как самостоятельный феномен современной культуры. Используя информационный подход, автор разрабатывает структурную схему для обработки описательных данных, которая может быть использована для создания тематической базы данных по неоязычеству.
     В качестве способа исследования выбраны описательный и структурный методы.
     В данной работе ставятся следующие задачи:
     1. изучить феномен возникновения неоязычества на основе теоретических работ,
     2. проанализировать особенности структурирования данных по неоязычеству,
     3. создать собственную информационную модель, позволяющую структурировать, систематизировать и анализировать описательные сведения о неоязычестве.
     Проведенное исследование носит предварительный характер. Его основные положения будут дорабатываться в рамках более широкого исследования.

     Специфика феномена неоязычества

     Целью этой главы является раскрытие специфики феномена неоязычества на основе теоретических работ отечественных и зарубежных исследователей. Автор исследует природу возникновения неоязычества, как акт мировоззренческого противодействия устоям современной цивилизации.
     Появление в XX веке множества религиозных организаций, деятельность которых направлена на реконструкцию древних духовных традиций, имеет свои исторические и культурные предпосылки. Неоднозначное состояние современной культурной ситуации характеризуется поиском различных путей и способов дальнейшего развития. При этом плюрализм во взглядах и потеря общих нравственных ориентиров нередко ведут к бездуховности и профанации сакрального. Нравственно-этический кризис современности провоцирует поиски новых идеалов и мировоззренческих установок. Однако обновление взглядов и традиций нередко происходит за счет реставрации существующего исторического опыта. Так на территории Европы и США возникло идейно-религиозное течение названное «неоязычеством». Процесс реконструкции древних языческих культов называют «Традиционалистским возрождением». Неоязычество является особой идеологической формой, которую можно рассматривать как попытку создания новой религии для новой эпохи.
     Многие исследователи сходятся на мысли, что предпосылками актуализации языческих традиций в XX веке стал кризис рационализма [6, 20, 26]. Б. Фаликов [26] отмечает, что сознанием всего человечества в XX веке завладели три мифа – ориенталистский, оккультный и неоязыческий. Нужно отметить, что концепты, идеи и смыслы этих трех феноменов перекликаются и взаимодополняются, но основная тенденция заключается в том, что западное сообщество в XX веке стремиться найти пути выхода из нравственного кризиса вне монотеистических религий, отказавшись от их основных ценностей и догм.
     Кризис монотеизма на западе был связан с рационализацией христианской религии. Христианская мораль стала ассоциироваться с буржуазным обществом. Язычество, восточное и западное, мыслилось как противоположность этой буржуазной морали. Оно воспринималось как нечто исконное, сущностное, способное привести общество к идейному обновлению. Язычество трактовалось, как некое безгрешное существование, вне христианской морали и понятия о грехе.
     Умонастроение в рамках европейской культуры, связанное с признанием относительности, то есть ограниченной ценности, истинности всех вероисповеданий, нравственных кодексов, научных теорий, философских воззрений и художественных форм называют культурным релятивизмом. Результатом идейной ревизии господствовавших в обществе взглядов стало освобождение от общепринятых моральных устоев, нравственное и сексуальное раскрепощение. Вместе с тем стал активно развиваться процесс поиска форм духовного самоопределения. Ярким примером подобных тенденций может служить собрание европейской богемы в альпийской деревне Аскона в начале ХХ века [26]. Жившие в ней люди, пытались реализовать языческий, а точнее – античный миф в ритуалах и повседневной жизни, сознательно отказываясь от образа жизни, характерного для человека современной цивилизации. Лидером этого объединения был Отто Гросс, ученик Фрейда.
     В начале XX века в буржуазной Европе широкое распространение получают идеи пантеизма. Этот процесс можно рассматривать как одну из основных предпосылок возникновения неоязычества. Возрождение пантеистической идеологии, в основе которой лежит мысль о тождестве Бога и человека, о растворённости Бога в природе, можно связать с целым рядом причин:
      1) Высокие темпы урбанизации и технизации, вызвавшие тягу человека к природе, к естественному, гармоничному сосуществованию с ней.
     2) Снижение влияния общественной морали, которая теперь рассматривалась как подавление личности, требующей морального раскрепощения.
     3) Акцентирование внимания на эмоциональной, чувственной сфере, как ответ на излишний рационализм современной цивилизации.
     4) Активный поиск национальных корней и идентичности, что было связано с процессами глобализации и размывания идентичности отдельных культур. Идея пантеизма реализовалась в данном случае как идея растворения в народе, поиск истоков национальной самобытности и автономии.
     Наряду с общими тенденциями, эти процессы нашли своё отражение и в сфере научных исследований. В Европе в это время велась активная исследовательская работа по изучению языческих корней различных национальных культур.
     5) Апокалиптические настроения, связанные с ожиданием конца старого мира, также послужили предпосылкой возвращения к традициям язычества, ориентированным на слияние и взаимодействие человека с силами природы, а не на морализаторские установки.
     По мнению Б. Фаликова [26], неоязычество стало вариантом удовлетворения социального недовольства имеющимся положением дел. При этом неоязычество, не имеющее строгой идеологии, обладало качествами мировоззренческой гибкости. Его идеи и установки позволяли подстроиться под различные концепции и традиции. С утверждением принципов мультикультурализма и политкорректности, с принятием законов о свободе вероисповеданий, концепции возрождения самобытных, национальных языческих традиций получали все большее распространение [22]. На формирование неоязыческих концепций, повлияло также распространение в Европе и Северной Америке идей восточной философии и эзотерики. Они дали обоснование тем практикам, которыми в прежнее время пренебрегали, считая их суевериями.
     Необходимо отметить, что идеология неоязычества оперирует терминами современной науки, черпая из нее новые идеи и обоснования для религиозно-мистических концептов. По мнению Найджела Пенника [15], неоязычество характеризуется сходным набором идеологем, присущим всем традиционалистским течениям современности. Среди таких идеологем можно назвать – толерантность, экологизм, единение с природой, пантеистические идеи. Экологические программы различных природоохранных организаций и движений актуализировали признание необходимости и ценности нового понимания традиционных практик взаимоотношения с природой. При этом национальные черты отдельных религий, взятых за основу в неязыческом сообществе, стираются.
     На протяжении XX века, неоязыческие идеи освобождения от тоталитарной техногенной цивилизации, частично превратились в технику управления массами. Это выразилось в использовании идеологами идей нацизма, частично основанных на языческих представлениях о примате арийской расы.
     Одним из значимых этапов в формировании неоязыческого мировоззрения послужили открытия известных антропологов и этнографов. Б. Малиновский, А. – Р. Радклиф-Браун, К. Леви-Стросс и К. Леви-Брюлль, М. Элиаде, развернув исследования архаических культур и религий, доказали, что языческие верования не уступают по своим идейным установкам религиям цивилизованного мира. Язычество – является единым, общечеловеческим прошлым, а не собранием суеверий «отсталых» народов. Этот мировоззренческий подход обеспечил развитие отдельных отраслей гуманитарных наук, занимающихся анализом культуры архаических обществ, таких как этнопсихология, этнолингвистика, культурная антропология и этнография. Он открыл новый этап в исследовании архаического, мифологического мышления, его роли в истории и сознании человека.
     В 1954 году, этнограф и любитель древностей Джеральд Гарднер основал в Великобритании Викканское сообщество. Гарднер утверждал, что знания ему передали последние представители древней языческой религии викки – веры в колдовство. Еще М. Элиаде утверждал, что колдуны и ведьмы, истребляемые в период средневековья, являлись последователями языческих магических культов, связанных с плодородием и верой в женское божественное начало, а не приверженцами Сатаны. Возможность появления подобного объединения в Европе связана еще и с отменой в Великобритании в 1954 году закона о запрете колдовства.
     Не смотря на то, что Гарднер заимствовал идеи не только европейских культов, но и восточных традиций, а также греческих мистерий, сам факт организации им нового религиозного течения на основе принципов языческой культуры примечателен. В его концепции видно смешение африканских и южно-американских шаманских практик и современных философских учений [27]. Характерная для многих традиционалистских сообществ эклектичность в Викке проявилась в полной мере. Еще одна отличительная черта неоязыческих сообществ – толерантность, также наблюдается в Викке – внутри нее мирно сосуществуют множество разных учений и доктрин.
     Ярким этапом в формировании неоязычества стали шестидесятые годы. Движение хиппи, зеленых, использовали концепции и практики традиционных религий, применяя их как орудие антитоталитарной борьбы. Хиппи проповедовали «первобытное» равенство и стремились к возрождению экстатического опыта древности, идей синтеза различных религий, их ритуалов.
     Появившиеся во второй половине XX века неоязыческие сообщества отличаются большим разнообразием. Примерами являются «Rodzima Viapa» в Польше, группа «Dievturi» в Латвии, литовское объединение «Ромува», исландское «Асатру», Британский орден друидов, Группа галльских друидов во Франции и множество других организаций, в том числе и в России.
     При всем многообразии неоязыческих организаций, существует ряд сходных, объединяющих черт, что связано с общими особенностями языческих религий. Как отмечал Найджел Пенник, все языческие религии характеризуются политеистичностью [15]. При этом множество божеств могут быть воплощены в двух, трех или одном верховном божестве. В подобных религиях провозглашается признание женского божественного принципа, теофании. Здесь мы вновь сталкиваемся с взаимовлиянием некоторых тенденций современного общества, таких как феминизм, экологические движения и неоязычеством. Найджел Пенник считает, что именно движение эмансипации стимулировало поиск религии, которая почитала бы женский божественный принцип [15].
     Неоязыческие течения, в отличие от сект не обладают строгой иерархичностью, тоталитарной направленностью, активной миссионерской деятельностью и другими негативными чертами. Неоязыческие объединения характеризуются отсутствием жестких догм, синкретизмом и толерантностью. В них делается акцент на развитие индивидуального духовного опыта.
     Итак, можно выделить ряд общих факторов, способствующих появлению новых религиозных течений в 1950-1960-е годы. К ним относятся недовольство противоречиями внутри монотеистических конфессий, экологический кризис, социальные противоречия в мировоззренческих системах, поиск форм традиционной религиозности и культурной идентичности [19]. Кроме того, можно указать такие факторы, как влияние изменившихся взглядов на древнюю историю под воздействием новых археологических открытий, снижение авторитета христианской религии среди интеллигентской среды, недовольство процессами глобализации. Возрождение язычества может считаться составной частью общего процесса возвращения человека к гармоничному существованию.
     Неоязычество рассматривается современными исследователями как явление, служащее отражением сложных социальных процессов, происходящих в современном обществе. Отличительными особенностями неоязыческой парадигмы являются толерантность, синтез черт различных религиозных систем. Она основывается на противопоставлении традиций монотеистического индивидуализма и языческого пантеизма. Неоязычество является определенной реакцией на тотальное наступление техногенной цивилизации, которое создает предпосылки для включения механизма «ретроутопии». Развитие идей неоязычества имеет прямое отношение к архетипичной идее «золотого века» дохристианской Европы.

     Особенности структурирования и моделирования данных по неоязычеству

     Целью данной главы является описание особенностей структурирования данных по неоязычеству. Сложившаяся к настоящему система теоретических представлений, фактографических и ресурсных сведений об этом явлении может рассматриваться как определенный информационный массив, на основе которого может быть разработана структурная модель представления данных. Известно, что проблема представления логических структур данных связана с нахождением эффективных методов отображения логической структуры объекта на физическую структуру хранения в памяти компьютера [36, c.141].
     Описательные характеристики неоязычества как культурного явления во многом совпадают с основными характеристиками любого иного социального объекта и явления, характеризующего его как целостность. К характеристикам социального объекта относится система его общих параметров, а также система параметров составляющих его подсистем, блоков, элементов и их связей. Как отмечает В. Курбатов и О. Курбатова [13], социальные объекты отличаются противоречивостью, многофакторностью. Эти свойства откладывают свой отпечаток и на особенности структурирования данных.
     Совокупность сведений о неоязычестве также нужно рассматривать как многофакторную систему. Неоязычество как социальный объект невозможно описать конечным числом терминов и социальных теорий. Важно отметить, что описательные данные с трудом поддаются формализации и классификации. При создании информационной модели, описывающей неоязычество как социокультурный объект, необходимо учитывать специфику выбранного объекта исследования и особенности описательных данных.
     Анализ общественных явлений, взаимоотношений, динамических процессов в гуманитарных науках обычно осуществляется под углом зрения одной из двух традиционных парадигм, которые условно можно назвать прикладной эмпирической и глобальной теоретической [13, c.354-355].
     В рамках прикладной эмпирической парадигмы всякое общественное явление рассматривается как социальный факт. При этом изучается некоторое статическое состояние системы, которое можно описать конечным числом суждений, количественно измерить, идентифицировать, сопоставить с другими, равнопорядковыми явлениями, усреднить, обозначить специфические признаки и обобщить по определенным методикам. Недостатком такого подхода является поверхностная оценка явления, не затрагивающая сущности социальных отношений.
     Глобальная теоретическая парадигма основана на трактовке социальных явлений через призму отношений общественного бытия и общественного сознания. Этот подход позволяет найти ответы на фундаментальные вопросы, вскрывающие внутреннюю сущность рассматриваемого явления.
     Методы структурного исследования развивающихся объектов являются более сложными, нежели методы исследования неразвивающихся объектов, потому что в этих объектах всегда одновременно существуют две системы связей – функционирования и генезиса. Чтобы проанализировать одну структуру – функциональную, надо предварительно проанализировать еще другую - генетическую [13, c.45]. Это условие сохраняет свою значимость при проведении анализа данных по неоязычеству и их моделированию.
     «Модель - это мысленно представляемая система, которая, отображая и воспроизводя объект исследования, способна замещать его так, что её изучение дает новую информацию об этом объекте» [13, c.379]. Моделью объекта считается его структурный аналог, представленный в виде схемы, знаковой системы, структуры. Моделирование позволяет на основе анализа свойств, функций модели судить об определенных свойствах самого социального объекта.
     При создании информационной модели, описывающей такое сложное явление как неоязычество, необходимо выбрать определенную систему для структурирования имеющихся данных. Описывая феномен неоязычества, на наш взгляд, необходимо выделить следующие поля для представления и систематизации качественных и количественных данных: географический и временной факторы, коммуникативные средства, применяемые для распространения идей, информация о религиозной направленности (черты эклектичности, характер пантеона божеств и т. п.). В процессе исследования, могут добавляться новые поля, в связи с непрекращающимся анализом изучаемого феномена. Здесь, исследователь сталкивается со спецификой изучения социально-культурного явления. Введение новых полей для систематизации феномена происходит на основе предварительной оценки возможной эффективности и адекватности того или иного поля.
     Здесь, можно отметить, что исследование приобретает субъективный характер, так как выбор характеристик осуществляется индивидуально.
     Учитывая особенности развивающегося объекта, нужно отметить возможность устаревания данных, структурируемых таким образом. Однако, работая с созданной моделью, можно обновлять изменяющиеся данные.
     Таким образом, в ходе анализа, мы можем увидеть, что создание информационной модели применительно к социо-культурным явлениям обладает рядом специфических черт.

     Заключение

     Представленная информационная модель позволяет структурировать имеющиеся данные по неоязычеству и проводить более углубленный анализ проблем, связанных с этим явлением. Однако применение предложенной модели данных связано с определенного рода трудностями. Как было показано, информацию о социальных феноменах сложно структурировать. Высокий схематизм, лежащий в основе метода информационного моделирования, снижает качество содержательного анализа. Таким образом, этот метод сам по себе недостаточно эффективен.
     На наш взгляд, для адекватного изучения феномена неоязычества как самостоятельного социально-культурного явления, что является целью этой работы, необходимо привлечение дополнительных методов исследования. Создание модели и структурирование данных являются отдельными и явно недостаточными методами, для подобного исследования. Привлекая контент-анализ текстов, посвященных неоязычеству, можно добиться более адекватных результатов. После предварительного исследования, каким является эта работа, необходимо расширить круг исследований в этой области, включить в нее исследования субкультуры неоязычников, их менталитета, привлечь имеющиеся материалы по близким неоязыческому движениям (хиппи, индеанисты, ролевики) и нативистским культам (включая и деструктивные).
     Областью применения данной информационной модели, описывающей особенности неоязычества как одного заметных идейных течений в современной культуре, могут служить различные сферы теоретического и практического гуманитарного знания. •

     Источники:
1. Арийские традиции. – http://www.arya.ru
2. Внедрение доктрины «Нью-эйдж» в образование. – http://www.dvpt.ru/educ
3. Викка. – http://www.demondark.ru/homepage/
4. Возращение к жизни. Дж. Мейси, М. Я. Браун. – http://www.dvpt.ru/braun.htm
5. Гуревич П.С. Культурология. – М.: Гардарики, 2000. – 280 с.
6. Гус ди Зерига. Христиане и язычники: анализ воззрений и поиск взаимопонимания. – М.: Эксмо, 2002, – 248 с.
7 Движение «Нью Эйдж». – http://www.dvpt.ru/newage.htm
8. Декларация Всемирного конгресса Этнических религий. – http://www.wcer.org/declaration.htm
9. Деструктивный культ или патриотическое движение? - http://www.dvpt.ru/cult.htm
10.Душков Б. А. Психосоциология менталитета и нооменталитета. Учебное пособие для вузов. – Екатеринбург: Деловая книга, 2002. –448 с.
11. Закон Российской Федерации «О свободе вероисповедания», проблемы эффективности. Розенбаум Ю. А. – http://www.lws.ru/culture
12. История религий в России: Учебник. М.: – 2002.
13. Курбатов В. И., Курбатова О.Н. Социальное проектирование: Учебное пособие. – Ростов н/Д: Феникс, 2001. – 416 с.
14. Магические пантеоны. Божества западных эзотерических традиций. – М.: Фаир-Пресс, 2002. – 400 с.
15. Найджел Пенник, Пруденс Джонс. История языческой Европы. Язычество старое и новое . – http://errasiabooks.narod.ru/Barbaricum/Pennic–pagans-text.htm
16. Неоязычество на Западе. – http://www.dvpt.ru/neopagan.htm
17. Новому мировому порядку – новое мировоззрение (Движение «новый век»). – http://www.dvpt.ru/newreligion.htm
18. О взглядах Группы Галльских друидов (по материалам журнала “Message”)
19. Религии народов современной России/ Словарь. – Мчедлов М.П. – М.: Республика, 1999. – 624 с.
20. Религия – история и современность/Учебник для Вузов, под ред. Ш. М. Мунчаева. – М.: Культура и спорт, ЮНИТИ, 1998. – 264 с.
21. Свобода вероисповедания. - http://www.rlinfo.ru/doc/new/fz97-125.html
22. Свобода вероисповедания. – http://usinfo.state.gov/russki/topics/dem
23. Славянские руны. Глава из книги А. Платова. – http://swetozar.narod.ru/litmain.html
24. Судьба нации – свобода вероисповедания – http://http://www.lws.ru/culture
25. Так что же все-таки есть язычество? – http://www.kuraev.ru/forum.php
26. Фаликов Б. Неоязычество / Новый мир, №8, 1999
27. Что делают виккане? – http://goldenbroom.narod.ru/
28. Языческий праздник Громницы. – http://seidr.woods.ru/imbolc/imbolc.htm/
29. Fornsipr (Asa and Vane society in Denmark).- http://www.wcer.org/fornsipr/
30. Goals and purpose of the WCER. - http://www.wcer.org/goals/
31. “New Age” в русской версии ( о русском неоязычестве). - http://www.dvpt.ru/russian.htm
32. The beginning of Arn Draight.- http://www.adf.org
33. The Forn Sed Society. – http://www.wcer.org/fornsed/
34. The WCER constitution. – http://www.wcer.org/constitution/
35. Universalism and Heaven Revivalism by Konrad Elst. - http://www.wcer.org/KonradElst/
36. Четвериков В., Ревунков Г., Самохвалов Э. Базы и банки данных. – М.: Высшая школа, 1987. – 248 с.

12 октября 2006